Материалы«Дом мой домом молитвы наречется»

В праздновании светлых дней памяти Великого равноапостольного князя Владимира, 1000-летия его преставления и памяти Великой равноапостольной княгини Ольги — крестителей Отечества нашего, Руси-России. В Православной вере и православной культуре, особо, как гвоздем по стеклу, воспринимаешь остроту политического ножа, которым некоторая часть либеральных активистов, официальных лиц и чиновников пытается отрезать от Русской Православной Церкви исторически, культурно и духовно ей принадлежащие, но поруганные «активистами в прошлом», православные храмы нашего града Святого Петра. Общая ориентация этой части нашего населения, имеющей даже российское гражданство, настолько нетрадиционна, что часть оная не чувствует ни дух русского языка, ни дух русской культуры, ни дух Русской Православной Церкви.
Это нечувствие духа веры, духа России и это не понимание того, что православный храм по определению есть дом молитвы почти всегда с одинаковой силой проступает, когда заходит разговор с ними и о Благовещенской церкви, и о Исаакиевском соборе, и о Церкви во имя мученика Дмитрия Солунского, и о Церкви памяти усекновения главы Иоанна Крестителя и Предтечи Господнего, как и многих других православных церквей.
Однако, достаточно знания одной только истории Александро-Невской Лавры, чтобы устыдиться своего желания отторгнуть Лаврскую Благовещенскую церковь от литургической жизни Лавры, духовного источника города Петра, его сердца. Фактически вся духовная жизнь нашего города столетиями вращалась вокруг этого духовного очага. Грубо вторгаясь в историю и дух Благовещенской церкви, современные либеральные любители истории Петербурга, грубо попирают народную память о городе и память о наших национальных героях: Александре Невском, а также великом полководце Александре Васильевиче Суворове.
Совсем недавно эти же «активисты от искусства» утверждали, что Благовещенская церковь более подходит для городской скульптуры, чем для литургического действия и молитвы. Их «активисты от власти» вполне креативно воспринимали это кощунство. Понадобились годы для того, чтобы «активисты» смогли серьезно удовлетворить свое право говорить. Но культура создается, прежде всего, для того, чтобы люди цивилизации, люди культуры все более системно и все глубже понимали свой язык, свою культуру, свой дух, и свою веру, прежде всего. А не для того, чтобы заменить дело разговорами, так сложилось, что многие «активисты» все происходящее стараются переложить на совесть советского периода и его последствия, как будто ими можно оправдать и текущий саботаж передачи православных храмов в лоно Русской Православной Церкви.
«Дом мой домом молитвы наречется». Эти слова написаны и на фронтоне Исаакиевского собора, но на деле для литургии и молитвы там сейчас созданы совершенно вокзальные условия и обстановка. Конечно, можно молиться и на вокзале, и в открытом поле, но считать это культурным и цивилизованным достижением могут люди только бездуховные (нетрадиционной ориентации), которые хотят дело заболтать и заговорить. Некоторые из них договорились до того, что Исаакиевский собор никогда Православной Церкви не принадлежал. Вспомнить же, что было время, когда Русская Православная Церковь и Собор не были отделены от Государства, очень трудно, потому что для этого одного только желания говорить не достаточно. Дух храма и дух музея едва ли можно совместить. Также как невозможно совместить дух храма и дух коммерческой наживы, забавы и развлечений.
Приведу еще пример с уничтоженной Церковью «Дмитрия Солунского» на Греческой площади и пример с до сих пор поруганой Церковью «Усекновения главы Иоанна Крестителя» на Лесном пр., д. 16. Оба храма оскверняются до сих пор, там, где у них были алтари и места упокоения усопших, теперь «раскованные» по-современному люди веселятся, танцуют и поют «попсу». Даже по светским законам это кощунство и незаконно. Неужели же властям и предпринимателям невозможно найти более нравственно подходящее место для веселья, танцев, песен, «попсы» и игр? Возникает вопрос: Почему центры веселья, игр и попсы не размещают в Бизнес-инкубаторах? Что дух Бизнес-инкубаторов более целомудренный и более противоречит духу веселья, игр, попсы, азарта и рыночной выгоды, чем дух Православного храма?
Храм по определению есть дом молитвы. И эта евангельская истина есть та лакмусовая бумажка, реакция на которую определяет духовно-культурное содержание активистов, интеллигенции и чиновников, понимают ли они духовную основу нашей культуры и цивилизации, и для чего им нужна Россия и российские храмы и музеи?
Наша современная городская власть, хочется надеяться, ориентирована на возрождение духовных ценностей Православия и Русского мира, на возрождение храмов, памяти наших великих предков, памяти наших духовных учителей и наших великих полководцев. Проблему восстановления полнокровной литургической жизни Благовещенского храма, храма святого Александра Невского и других указанных храмов с их святынями, в том числе, поклонения могиле Александра Васильевича Суворова, мощевикам Дмитрия Солунского, Иоанна Предтечи, Иоанна Кронштадтского в названных храмах надо решить как можно скорее.
Чтобы наши музеи нашли свое достойное место, они должны достойно себя вести относительно духа и истории нашей страны. Кроме того, если мы возвращаемся к нашим духовным истокам, то, конечно, около могилы и креста с мощевиком надо людям иметь возможность полнокровно молиться.
Чтобы власти смогли решить вопрос, связанный с получением музеем и другими коммерческими организациями подходящих помещений вне православных храмов, достаточно властной доброй воли. Понятно, что историческая справедливость должна при этом восторжествовать.

Колдасов Г.Д.

Яндекс.Метрика